А гадость пью из экономии….

Сознание возвращалось как то не сразу, а  мелкими толчками. Сначала возникла чудовищная боль в левом виске ,долбящая, острая и свет. Бледный, мутный совершенно без деталей, лишь постепенно становящийся всё ярче, сочнее. К бледно белому добавились лимонные дольки, яркая зелёная полоса дорожного полотна и жук. Здоровенный блестящий, словно чёрный лимузин, будто лакированный ботинок, ползёт себе вверх по зелёной тропинке. Усами шевелит,     а сам сурьёзный   такой…  Стоп, какой на хрен жук? Какая тропинка? Зрение сфокусировалось, да это же травинка зелёная, зелёная, и по ней маленькая чёрненькая козявка ползает. Иван завозился, заерзал, пытаясь повернуться. Повернуться и лечь на живот. Повернулись лишь глаза. Мамочки, как же болит голова, ох да и всё остальное тоже. Это что же, я так на жрался что ли? Медленно положил руку на лоб, блин, корка, какая то, сухая, колючая. Всю рожу стянуло и руки. Точно вон рука вся коричневой шкурой покрылась и пятнами  красными. Кровь что ли? Мазнул рукой по лицу, посмотрел. Точно кровища, размазалась по руке. Часть засохла, часть жидкая, мажется. Где же это я так вывозился в кровище? С трудом повернулся, вытащил вторую руку из под себя. Заломило сустав, в кончики пальцев застреляло болезненными иголками. Мамочки родные, как же больно. Прям до слёз. Сжимая и разжимая пальцы в кулак, подтянул руку к глазам, точно кровь. Только свежая, ещё не запеклась. Машинально вытер руку об рубашку. Дёрнулся от мокрого ощущения. Блин и рубашка мокрая, в крови. Повернул голову, штаны тоже мокрые, тоже в крови. Не хрена себе, кто это меня так и где это я? Про моргавшись, со скрипом уселся на пятую точку, упираясь руками. Горизонт, закачавшись, расплылся на сегменты, потом вновь сфокусировался. Едрическая сила, да это же жмуры! Точно жмуры, покойнички блин кругом? Повернув голову обвёл взглядом панораму, тёмно зелёная поляна, скорее даже не большое поле, усеяно трупами. Десятки разнообразных тел в различной степени сохранности или точнее в различной степени разделки. Бля что тут за мясокомбинат. Взгляд затормозил на ближайшем трупе. От ужаса у Петровича волосы стали дыбом. Отвратительная морщинистая бледно зелёная рожа разрублена почти пополам. Рот раскрыт в безмолвном вопле. Зубы длинные, острые даже на вид в оскалившейся пасти и зелёная слюна течёт. Кино что ли снимают? Набросали силиконовых манекенов, краской намазали? Или вишнёвым сиропом. Хотя не похоже. Вот рядом лежит здоровенный волосатый мужик, с железной дубиной в руке, весь в крови и вон там ещё один, из груди торчит деревянный дрючок. Копьё что ли?  И дальше кучи трупов.  На людей вовсе не похожи что то. Морды страшные зеленоватые морщинистые, уши кожаные, лопухами. По рожам лазят мухи, Ивана аж передёрнуло. Щекотно же, наверное. Петрович попытался подняться на ноги, но в голове всё закрутилось, завертелось, поднялась волна тошноты. Упав на четвереньки, Иван долго и мучительно извергал содержимое, сначала тёплым и кислым, затем горьким ядовитым. А потом вообще ни чем, только дёргался, в мучительных попытках хоть что ни будь извлечь из ноющего от спазм  желудка. Откатившись, от зловонной лужи, долго лежал на спине, рассматривая, удивительные золотистые барашки облаков. Где это я и что со мной происходит? Наконец собравшись с силами, вновь уселся на пятую точку. Что мы имеем? Мы имеем в наличии, штук сто, а может и более, всевозможных жмуриков. В основном зелёных, порубленных на запчасти. Вот одна запчасть в виде конечности, лежит ладонью к верху, скрючилась. Пальцы длинные, костлявые и когти. Чёрные, лакированные, сантиметра три длиной. Волна ледяного  ужаса прокатилась у Ивана по позвоночнику, подняла дыбом волосы. Торопливо отведя взгляд от отрубленной руки, он тут же наткнулся на валяющийся обрубок ноги, в кожаном сапоге. Блин, да что же это такое? Они здесь повсюду! Везде, рядом и вдалеке, с боку и позади, валялись головы, туловища без голов, руки и ноги. Оторванные от основного, с висящими клочками мяса и сухожилий, а рядом гладко срезанные словно бритвой! И башка. Вон валяется рядышком. Глаза выпучила ,сама зелёная губы синие. Чем это её? Наверное, топором, вот и топор имеется. А также мечи и сабли, копья и рогатины, дубины и вообще различные предметы, похожие на  сельскохозяйственный инвентарь. Вилы, косы и покойнички. Что же и в живых нет никого? Друг друга поубивали и всё? Такого же не бывает, должны же победители живые остаться. Короче надо вставать и смотреть. Протянув руку, Петрович ухватился за древко копья, торчавшего из ближайшего трупа, выдернул. С противным чмоканьем вылез стальной  треугольный наконечник. Из покойника потекло нечто противное и Ивана снова замутило. Превозмогая тошноту и слабость, используя копьё, словно посох, Иван с трудом поднялся на ноги. Покачиваясь, снова осмотрелся. Поле, покрытое трупами, тянулось не так  уж далеко. Метрах в трёхстах, начинался сосновый лес, а перед  ним маячили человеческие фигуры. Замерли и внимательно рассматривают качающегося Петровича. И вдруг с воплями побежали навстречу, махая огромными топорами.  Иван, дёрнулся, но сил бежать не было совершенно. Да и голова реагировала на происходящее, как- то отупело, типа ну вот и пипец тебе подкрался Иван Петрович. Сейчас добегут и топором по кумполу…  С головой хватит  одного удара, что бы голову отрубить. Каламбурчик однако. Ну, бегут, ну вопят, ну топорами машут, а что делать? Сил есть только на то что бы стоять, да то  кое как. Конец подкрался, наконец! Ха ха! Не было сил даже выставить копьё, хоть и было ясно, что это последний шанс. Нет, не спастись от смерти, а хотя бы прихватить с собой, одного или парочку  подбегающих бугаёв. Обнажённые по пояс, в коричневых кожаных штанах, с топорами и копьями в руках. Подбегающие войны были действительно богатыри, даже хуже гиганты.  Высотой метра два с половиной, метровой ширины плечи. Мускулатура от статуй древне греческих титанов. Иван от страха, втянул голову в плечи, закрыл глаза в ожидании удара топора и почувствовал, как его ухватили могучие лапищи, подбросили вверх, потом подхватили стали трясти, с воплями.                         – Петрович друг! Я тебя искать! Мы тебя искать! Думать, ты умирать! Я тогда тоже умирать! Зачем жить, если друг Петрович умирать? Тебя ранить? Откуда кровь, ты весь в кровь! Откуда?                                                                        Иван чувствуя, как его вертят в руках, словно игрушку, словно плюшевого мишку, осторожно приоткрыл глаза. Огромные детины осторожно держали его в шесть рук, шесть глаз с нежностью рассматривали, словно любимого хомячка. В этот миг воспоминание, как молния прострелила мозг, и Иван  вспомнил, да это же Бубан! Малыш Бубан и его родные братья Олбан и Щеблан. Дыхание перехватило, с новой силой закружилась голова и Иван прошептал еле слышно:                 – Стой, Малыш, стой. Ты же меня раздавишь. Бубанчик, сынок, поставь меня осторожненько назад, что – то я себя не важно чувствую.                                  – Петрович, мы тебя носить. Быстро, быстро носить, к старым. Они тебя смотреть, они тебя лечить, Вылечить.                                                             Троица понеслась галопом, словно стадо молодых лосей, осторожно неся в руках Петровича, которому от болтанки и тряски становилось совсем дурно,  а в голове крутилась мысль,  как весело и чудесно всё начиналось…
Глава № 1                                                                                                                                                    А гадость пью – из экономии,                                                                                           хоть поутру – да на свои.                                                                                                             В. С. Высоцкий.                                                                                                                                                        Петрович  маялся душевно от безделья, находясь дома  в гордом одиночестве. День был  выходной, суббота.  Домочадцы все разбежались по своим делам. А тут как на грех не посмотреть не телевизор, не компьютером попользоваться. Электричество  с утра  моргало,  моргало  и  до моргалось.  Потухло всё на хрен! Целый день света нет.  Хоть бы новости посмотреть, или киношку… Электрики обещали только в понедельник приехать.  Блин и почитать нечего. Всё читано – перечитано, честное слово хоть огород иди копать, так и тот уже вскопан. В этот момент Щёлкнула  дверь, в неё просунулось круглое, лупоглазое  лицо  соседа  Лёньки, по прозвищу Цукерка. Сосед был молод, холост, худощав и шустр. Двадцатилетний парень не отличался избытком интеллекта, трудился на местной свалке, добывая цветной металл. Был очень счастлив в жизни, потому как, сдав нарытое непосильным за день, имел в замен полтора литра крепчайшего и вонючего самогона, а также халявную закуску в неограниченных количествах, в виде просроченных продуктов. И такое счастье происходило у него каждый день. Вот и сегодня держа в руке початую бутылку пива и попыхивая перегаром с порога, жизнерадостно завопил:                                                                                                         – Иван  Петрович! Привет! Поехали на рыбалку! У меня же сегодня день рождения! Понял? И деньги есть. Поедем? Потому как с утра не выпил, день пропал, понял?  Водки возьмем, закуски. Нажремся как свиньи…! – отхлебнув прямо из бутылки, зажмурился от предвкушения  удовольствия нажратся, до поросячьего состояния, да ещё и на природе, причмокнул слюнявыми губами глотая набежавшую слюну – Водки  возьмем, мно – о-го. И пива… Водка без пива, деньги на ветер – Безбожно переврал поговорку Цукерка  и снова хлебнув пивка, протянул бутылку Петровичу –  Ну что Петрович, поехали?                                                                        Иван  Петрович, сделав пару глотков пива, протянул задумчиво:                                            – На рыбалку поехать дело святое – ещё раз хлебнув, продолжил после паузы. –  Надо только водилу трезвого найти.                                                                                    – Да, где ж его взять, трезвого? – Цукерка  вылупил удивленные глазки. Ты чё Вань, совсем что ли? Сегодня же выходной день! Суббота с утра  была! Где ты сейчас водилу трезвого найдёшь?                                                                                                           – Где, где! Сейчас придумаем. Петрович призадумался. А  давай Митяя попросим, Пузанкова, вон Митяева машина под окном стоит. Раз машина дома, значит и Митяй тоже. У него желудок больной, он точно трезвый должен быть.                                                                   – Точно Вань, давай Митяя попросим! Давай, звони скорее, узнавай.-почти подпрыгивая и махая полторашкой вопил  Цукер.                     Позвонили Митяю, длинному, худому мужику, живущему на соседней улице, в угловом доме. Митяй «заплакал», что он весь из себя больной, что до речки ни в жизнь не доедет, скончается по дороге. Обозвав Митяя козлом, причем Леонид в слух и очень громко, а Иван, молча про себя, задумались, попивая пивко.                                       – Пошли тогда к моему соседу, Русику. – придумав, заявил Цукерка – Русик, должен быть дома. Он же в аварию попал месяца два или три назад. Да! Ты что не слыхал что ли? Голову себе расколол на ухнарь и машину разбил. Его  в больницу отвезли, там кусок мозга отрезали. А взамен кусок титановой пластины вставили. Вот он теперь инвалид, и дома сидит.  Ему делать то всё  равно не хрен. Машину сосед уже отремонтировал, и права у него остались. Идём к нему?                                                        Пошагали к дому соседа Русика. Петрович ещё посомневался по дороге: Слушай Цукер,- Может ему кость в голове отрезали? Получил в ответ возмущённый вопль.- Ты чё, Петрович, какие кости, у него мозги по вылазили, когда он в дерево врезался, а когда сошкрябывали, назад все не влезли, вот и отрезали лишние! Он же сам мне рассказывал!- Лёня  возмущённо замахал полупустой бутылкой.- Ещё жаловался, что не отдали остатки мозгов, хоть он и упрашивал. Себе оставили, видать для опытов!               – У нас всегда так, мозгов нет, а права  есть,что водить, что руководить – Ехидно протянул Иван.-  Поэтому и живём в полном  дерме, с такими шоферами.                                      Руслан Белов, или по-простому  Русик оказался дома. С виду вполне нормальный человек, правда, трезвый почему то. Ну да человек больной, что с него взять, а нам хорошо, что трезвый. Противный толдько Русик долго упирался, не хотел ехать и ныл и стенал, чуть руки не заламывал. Но потом всё же сдался и согласился отвезти рыбачков на реку, но не просто так, а за магар. Вот как травма головы повлияла на человека, раньше бесплатно возил, теперь за деньги.  «Странно- то как, подумал Петрович, мозгов стало меньше, а ума прибавилось? Как таких людей понять? » Подогнали потрёпанный жигуль- шестёрку. Шустренько покидали все  вещи в багажник. Погрузили. Поехали. По дороге заскочили в продуктовый магазин. Долго спорили в магазине, сколько взять водки на двоих, три или четыре бутылки. В результате спора как всегда родилась истина, взяли  шесть и ящик пива. Вновь погрузились, поехали. Только-только   тронулись, как раздался противный и громкий вопль:                                                                                    – Стоять!-                                                                                                          Это не с того, ни с чего заорал Цукерка. Машина резко вильнула по дороге, раздался визг тормозов.                                                                                                          – Ты чё, сдурел?! Ты чё орёшь, скотина грёбаная!…- завопил водитель испуганно –  Чё стряслось? Ты Лёня совсем, что ли дебил, или частично?                              – Поворачивай к магазину.- Лёня вальяжно развалившись на переднем сидении, пьяненько мотнул головой.- Надо пива взять.                                                         – Так взяли уже пива, Лёнька, взяли. – Водитель недовольно посмотрел на прибуханного пассажира. Тот продолжил барским тоном.                                                            – Взяли, но мало. Надо ещё ящичек взять. Потому  что, потому что день рождения, только раз в году – зафальшивил Леонид песенку крокодила Гены, хотя сам больше физиономией походил на Чебурашку… – Давай, поворачивай! Назад, к магазину! – начал тычить указующим перстом. – Давай, давай!                                                             Русик вздохнув, печально посмотрел на Ивана, развернулся, покатил назад, бухтя что то нелестное себе под нос. Сходили в магазин, взяли ещё пива и каких – то креветок. Тронулись. Отъехали не больше сотни метров.                                                               – Стоять!!! – заорал ещё громче горе рыбак.                                                             – Твою мать, Лёня!!  Чё  ты, опять разорался, успокойся уже. Взяли ведь пива? Чё тебе ещё надо?- завопил  в ответ Руслан, судорожно вцепившись в руль. Ты до орёшься гад, пойдёшь пешком!                                                                                                     – Стоять!!!- с гонором изрядно  подвыпившего нищеброда,  заимевшего внезапно толику денег продолжил тот.- Стоять!                                                                                    –  Да что блин, случилось?- теперь возмутился Петрович.- Чего ты буянишь, Леонид? Давай уже ехать, в конце концов.                                                                             Иван,- нравоучительно протянул  Цукерка, грозя пальчиком – Водки то мы и не взяли. Ты же прекрасно знаешь, пиво без водки – деньги на ветер. И посмотрев на водителя, как на слаборазвитого индивида, который не понимает простейших слов, скомандовал – Поворачивай к магазину, тебе русским языком говорят.                                           – Да взяли водки, взяли. В первый то раз когда заезжали! Шесть флаконов. Ты что Лёня подзабыл?                                                                                                                          – Взяли?- вопросительно рыкнул Леонид и икнул. – Взяли, но видать мало.               – Лёня, дружище ты наш, успокойся. Взяли уже водки, взяли, много, шесть бутылок.                                                                                                                                           – Водки много не бывает! – укоризненно по мотылял перстом указующим – Бывает мало женщин. Поворачивай,- уперся рогом Цукерка.                                              Выматерившись, вернулись к знакомому магазинчику. Слегка удивлённая  продавщица  выдала ещё несколько бутылок водки, лимонада и минералки. Копчёную курицу и колбасу. Ещё какие то закуски. Водила стоял над душой у Лёни и ныл:                                                                                                         – Ну что, всё уже взяли? Сигареты? Воду? Всё? Ничего больше не забыли, больше возвращаться не стану, хоть за- оритесь! Думайте, сейчас, или пилите пешком! Больше хрен повезу! Навязались на мою голову , алкаши хреновы!                                                                                              Звеня пузырями, как ёлочными гирляндами, уселись в авто.                                         –  Погнали наши городских. То бишь Русик, поехали уже, хоть куда ни будь. – устраиваясь на заднем сидении поудобнее – произнёс Петрович.-  А то с вами не только на рыбалку, вообще хрен куда доедешь!                                                                          Погнали, но опять недалече.                                                                                                        – Стоять!! – завопил в который раз Цукерка.                                                          – Цукер! Ты за долбал! Что ещё! Что случилось опять? – раздался ответный вопль водителя. Я тебя сейчас высажу на фиг! Ваня хоть ты ему скажи, какого хрена!                                                                             – Лёня ты за долбал в натуре! Мы на рыбалку таким темпом точняк не попадём!- присоединился к шуму Иван – Леня, какого чёрта ты буянишь? Чего тебе опять не хватает?                                                                                                                                      – Ты чё Руслан одурел?- возмутился Цукер – И ты Вань! Вы чё совсем сдурели что ли? Надо срочно выпить! За отъезд. Мы же отъезжаем, правильно? Но ещё окончательно не отъехали. Вот. А раз мы ещё не отъехали, надо выпить за отъезд! Уставился обиженно бухими глазками.                   – Лёня, может, на месте выпьете уже? И за отъезд и за приезд!                                                                    – Не-е-е, Русик, ну ты чё, не русский что ли? Тебе же говорят, надо срочно выпить за отъезд. Надо, надо выпить, караул как надо. А иначе нам удачи не видать.  Тормозни-ка на обочине, чё тебе жалко что ли? Цукерка даже задрыгал ножками от нетерпения.                                                                Недовольно скрипнув тормозами, машина притулилась на обочине возле пыльных кустов бурьяна. Будущие рыболовы вылезли, накрыли «поляну» прямо на капоте. Выпили за удачный отъезд. Затем за то «чтобы рыба была, а нам за это ничего не было». Ещё за природу и за погоду.  Водила нудился рядышком, ныл. Петрович попытался было  рассказать  анекдотец, но тут очень сильно застонал Руслан: Прям таки взвыл.                       – Мужики, давайте быстрей. Хорош уже. Там на месте, на речке, будете,  бухать сколько влезет. Едем мы, в конце концов, или не едем? Или я уеду на фиг!                        – Сейчас, сейчас. По последней и вперёд.                                              Загрузились. Поехали. За окошком замелькал привычный сельский пейзаж. Поля, леса, коровки, сеялки-косилки. Промелькнул вдалеке сельхоздвор, больше похожий на свалку металлолома, и ведущая к нему пыльная дорога.  Полуденное Солнце  освещало все эти  пасторальные картинки. На душе у Петровича разливалась благодать. Он с ленцой наблюдал как Цукерка, сидя на переднем сидении, тупо тычил кнопочки сотового телефона, пытаясь  дозвонится до своей подружки. Дозвонился.           –  Зая, заячька, привет. Это я твой зайчик. Зая…. Заяц! Зайчонок!!     Заячька!!                      Из телефона понеслись невнятные вопли. Похоже,  зая была не рада. Леонид здорово опешил от таких воплей, но после лёгкого притормаживания завопил в ответ:- Ах ты, жаба!-  удивлённо уставился в телефон, держа тот на вытянутой руке.-  Ну, ты жаба!! Не, ну ты в натуре жаба!  Повернувшись к Петровичу, сидевшему на заднем сидении, пожаловался – Ваня, не,  ты видел какая жаба! Жабища! У,  какая жаба! Зая, заячька ,ты жаба что-ли?- поинтересовался в телефон. Оттуда завопило ещё сильнее. Цукерка очумело отдёрнулся от телефона, продолжил жаловаться Ивану: Блин душа, я ей зая, заячька, зайчонок, а          она…Жаба, натуральная! Лёня выключил телефон, долго смотрел на него, шевеля слюнявыми губами. Видимо пытался усмотреть в нём земноводное. Посмотрел вокруг, мутными, круглыми глазками и отвернувшись,  вновь продолжил бормотать что- то о пресноводных вообще и о жабах в частности. Бормотание, становилось, всё более невнятным и  постепенно обвиснув на ремне безопасности, Лёня  засопел, пуская носом бульбы. Шуршал под колёсами асфальт. Мимо пролетали фуры, толкаясь воздушными подушками. Поездка продолжалась. Под монотонный шум почти задремал и Петрович. Подскочил, когда шелест асфальта сменился треском сухого бурьяна, открыл один глаз, подумал.- «Ага, подъезжаем. Свернули с трассы, сейчас через лесок и вниз к речке. Вон она уже виднеется». Машина какое-то время подпрыгивала на неровностях дороги, затем мягко наклонилась вперёд, скатилась вниз  под уклон. Резкий разворот, скрип тормозов, приехали.                                                 – Ну, всё выгружайтесь –  сказал грустно  и устало Руслан. Приехали. Вот берег, вот река, вываливайтесь.                                                                              Вылезли, начали выгружать вещи. Рюкзаки, удочки, пиво-водку и Цукерку.  По  складывали всё это кучками под кусты, в тенёчек. Руслан с лёгкой завистью посмотрел на всё это мероприятие, вздохнул и полез в машину со словами.                                                       – Ну ладно мужики, бывайте, здоровы, я поехал… – посигналив на прощание, водитель развернулся и резво рванул вверх на бугор по едва виднеющейся колее.                                     Петрович, взглядом проводив машину, осмотрелся. Слева высился огромный каменистый холм. С несколькими кустами шиповника на макушке. Каменная осыпь с холма, плавно переходила в галечный пляж, усеянный булыжниками самого различного размера.  У подножия крупные, возле уреза воды мелкий галечник. Справа берег образовывал большую, зелёную поляну, поросшую по краям непролазными колючими зарослями. Посредине поляны чернели остатки кострищ, валялись пустые бутылки и всевозможный мусор. Впереди берег выпячивался мыском с несколькими огромными валунами на  самом  краюшке, почти в воде. Пахло камышом, водорослями, тиной, а также травой и лесом. И не одной живой души.                                                                                                                                – Красота!- произнёс Иван – Красотища! Ёкарный  бабай, лепота то, какая!!- завопил во всё горло Петрович. Зажмурил глаза, развёл руки в стороны, от души потянулся. Заорал ещё громче – Жить хорошо!! Хорошо ведь жить, мать твою так!! От душевного трепета добавил ещё несколько фраз, совсем уж не печатных – Посмотрел ещё раз на окружающую природу, на искрящую волнами реку, на голубой простор  неба, с пушистым сочным  облаком,  плывущим в гордом одиночестве, и уже нормальным голосом продолжил:                                                                                                       – Жизнь хороша,  когда пьёшь не спеша. А значит что? Надо срочно выпить….                                                                                                                          Подошёл к  лежащему под кустом бесформенной кучкой  Цукерке, легонько потыкал носком сапога:                                                                                                                                              – Лёня, ку-ку, приехали на рыбалку! Вставай, поднимайся, будем спортом заниматься!                                                                                                                   Лёнька даже не буркнул. Лежал себе мешочком, сопел носом, поднимая пыль.                  – Да, с  товарищем рыбаком, похоже полнейший  облом – пробурчал себе под нос Иван. – Что-же  мне сам на сам употреблять что-ли? Это не есть хорошо! Я же не алкоголик, какой ни будь, что б самому себе наливать.- Помолчав, продолжил с тяжёлым вздохом. – Но видать придётся! Не пропадать же добру! В этот момент из-за бугра, со словами: – « Что за шум, а драки нету?…» показался худощавый молодой  парень, явно выше  среднего роста, в ярко жёлтой кепке с квадратным пластмассовым козырьком и бросающейся в глаза рубашке в крупную красно-чёрную клетку. Улыбнулся широкой доброй улыбкой на молодом загоревшем лице и затарахтел:                                                                                    – Привет! На рыбалку приехали? Я тоже на рыбалку приехал. Я  вот тут за бугром расположился! Вон за тем – махнул рукой за спину  – Только, только закинул удочки, слышу, машина шумит, потом вопит, кто-то. Дай, думаю, загляну. Может, случилось чего. А то я один. Одному скукотища – трещал и трещал, подходя ближе и протягивая руку паренёк – Здравствуйте, меня Слава зовут! Я с города на автобусе. А тут шум.                                                             – Привет,- протянул руку в ответ Иван. — Иван  Петрович. Можно Петрович. Можно Иван. А это Лёня  Цукерка. Махнул в сторону кустов. Только он немножко устал с дороги.                                                                                                                                      – Ага, ну да, ну да. – Славик призадумался – Немец  что-ли?                                      – Кто немец?- удивился Иван.- Почему немец?                                                                  – Ну, товарищ твой уставший, немец? Фамилия у него  какая то, немецкая?   Петрович заржал. – Да нет, фамилия у Леонида  Баранов, а Цукерка  прозвище. Я в девяностые на Украину ездил за товаром, конфетами торговал. На коробках с конфетами было написано цукерки. А Лёнька тогда  ещё малой был, всё прибегал и клянчил, дядя Ваня, дай цукерку, дядя Ваня, дай цукерку! Вот теперь на всю оставшуюся жизнь, Цукерка. И почти без паузы – Слава, ты водку пьёшь?                   Вечеслав протянул задумчиво – Водку? Если наливают, то да.                                               – Вот и замечательно, вот и молодец!- с радостным энтузиазмом продолжил Петрович – Вот и хорошо, давай-ка выпьем за знакомство! – вытащил бутылку, разлил в пластиковые стаканчики – Ну, Вячеслав вздрогнем, за удачу нашего безнадёжного дела! – выдохнув, выпил одним  глотком, зашарил  вокруг, в поисках чего ни  будь съедобного. Славик выпил свою порцию мелкими глоточками, раскрыл рот, замахал быстро-быстро руками.                                                                                                                        –  Ох, мать твою зверюга!! Надо же по чуть-чуть наливать! Это же лошадиная доза!- отдышавшись, произнёс Славик, вытирая выступившие слёзы.                       – Нормально, нормально! Лёньчик! – Петрович махнул огрызком огурца, зажатым в руке в сторону лежащей тушки – с запасом водки  взял. Три или четыре раза заезжали, теперь на всех хватит. Ты чего ни будь, поймал уже?                                                        – Я же говорю, только-только перед вами приехал, только забросил. Надо пойти глянуть, может, поймалось уже, что ни будь?- Славка начал подниматься с колен.            – Погоди, Славуль, давай- ка  ещё по одной хряпнем и будем рыбачить.                                        -Давай!                                                                                           Выпили ещё по одной. Славик, загрыз кусочком колбасы, Петрович, занюхал рукавом, благо водка вливалась в него уже как вода.                                                                         – Ну что? Буду и я забрасывать….- глядя в спину уходящего Вечеслава, Иван покопался в куче снастей, снарядив спиннинг, пошагал кромке воды. Несколько раз махнул удилищем, при этом покачиваясь сам, пытаясь синхронизировать колебания.                                       – Эх! – швыранул грузило с приманками в сторону реки.- Хорошо пошла!                                                                                                              Леска действительно пошла хорошо. Почти сотня метров вылетела за несколько секунд. Грузило плюхнуло в  еле видимой дали.                                                        – Талант не пропьешь!- резюмировал бросок Петрович. Подцепив сторожок, пошагал за  вторым удилищем. Забросив снасти, поправил колокольчики – сторожки. Тишина. Начало вечереть, хотя Солнце ещё светило во всю, озаряя реку и дальний берег. Но на этот ближний, уже падала тень от высокого склона. Потянуло прохладным ветерком. «Надо хвороста натаскать, на костерок…» – подумал Иван. Оглянувшись, на тихо висящие сторожки, подошёл к нежно сопевшему  Цукерке. Потолкал легонько в бок. Не дождавшись реакции, укрыл плащом и пошагал вдоль берега, за бугор к Вячеславу. Славик сидел на камушке, смотрел на реку, подперев голову рукой, словно сестрица Алёнушка с известной картины.                                                                                                 – Ну что? Тишина? – спросил подходя.- Не клюёт.                                         – Одного вытащил! Не большого карабаса, где то на килограмм!- отозвался Слава, а сам  развел руки, показывая  килограммов на пять.                                                                            – Кого?                                                                                                                – Карася!                                                                                                           – Уже зеер гут.                                                                                                   – Чево?                                                                                                               – Хорошее начало, говорю. А у меня пока тишина. Ничего, вся ночь впереди. Ночью сазан попрёт.- Петрович постоял, покачиваясь с пятки на носок, долго смотрел на Славкины удочки. Потом задумчиво протянул – Может, пойдем, пожрём? Пока светло. Да и костерочек сообразим?- вопросительно посмотрел на Вячеслава.                    – Пойдём. Сейчас только тормозок возьму. – подскочил Славка.                                      – А может, к нам переберёшься? – предложил Петрович,- чего туда  сюда ходить. Вместе веселее.                                                                                             Перебрались на поляну Петровича. Расположились уже конкретно. Расстелили  клеёнку, разложили горками еду, штабелями водку, пиво, лимонады. Славик, услышав звон колокольчика, кинулся выматывать леску спиннинга, вытащил ладошечного карасика. Начал возится с червяком.                                                                                          – Славуля! Бросай это грязное дело! – загорланил Петрович. – Водка уже прокисает, а ты всё удочкой машешь. Ты чо, сюда работать приехал, или отдыхать? Иди уже быстрей. Цукерка тоже ещё тот негодяй, приехал на рыбалку, а сам дрыхнет. Придётся нам с тобой отдуваться и за себя и за это вот чудовище… – кивнул в направлении всё того же храпящего клубочка. – Держи стакан Слава! Давай выпьем за природу, мать её так! Гляди, какая кругом красотища, твою мать!….Живи не хочу!                              Выпили. Сидели уютно: выпивали, закусывали. Летело время за обычными рыбацкими байками. С количеством выпитого спиртного, размеры рыбы, пойманной, когда то,  увеличивались в геометрической прогрессии. Иногда что бы показать размер, длины рук не хватало, использовали ноги. В крайнем случае, ежели, не хватало и длины ног, показывали часть рыбы. Глаза размером с арбузы, чешуйки, как крышка от котелка. Изредка вскакивали на колокольный звон, вытаскивали клюнувших рыбёшек, размером, почему то с ладошку. Вероятно, день был не удачный, или крупная рыба как обычно ловится вчера и завтра. Из темноты, на свет и тепло, к разожжённому костерку изредка выползал Цукерка. Молча выпивал, стакан водки, съедал помидор и снова так же молча, уползал в темноту. Туда где вопили во всё горло жабы и цикады, туда, где в ночной темноте, кто- то тихо, жил своей жизнью. Похрюкивал, пощёлкивал, по хрустывал. Из-за пушистого холма, толстым, вкусным  блином, выползла сочная, спелая луна. Яркой лампой осветила ближайшую полянку, реку и дальний берег. Заискрились барашки волн, заблестели мокрые бока валунов. Ночной зефир вздохнул, шевельнув пламя  костерка, почти не сдувая в сторону взлетающих искр. Славик, щурясь от яркого пламени, долго долго молчал и вдруг слегка заикаясь произнёс                                   – Слышь! Пе-пе-петрович?- упираясь локтем в землю, приподнял голову – Слышь? А-а-а-а у меня сетка есть. Ха-ха-рошая такая сеточка, на шестьдесят. Сегодня  только купил. Нулёвая. Может, давай, с тобой сетку воткнём.                                                                                                          Петрович, прикрыв один глаз, для того чтобы Славиков было поменьше, и легче их было посчитать, ответил                                                                                           – А давай! Воткнём…                                                                                      – Сей-сей-сейчас я её достану. – Славка перевернувшись на другой бок, а затем встав на четвереньки, уполз в темноту.                                                             – Вот она где-где-где-то тут, родёмая. Я её сегодня утром купил. Новенькая. Ну-ну-нулёвая. Ага, по – по-попалась. Иди сюда.…                             В свете костра появился Славик. Сеть, как фата невесты, белоснежным покрывалом,  окутывала его с головы до ног, и даже волочилась шлейфом по земле. Славик покачиваясь сказал:                                                                                               – Петрович! Помогай! Хватай её за хвост!                                                                 – Кого хватай? – повернувшись, спросил Петрович.                                       – Кого,  кого!  Сетку хватай! Держи её за хвост!                                                  – За какой хвост Славуля? – качаясь на четырёх конечностях, повторил Петрович, поворачиваясь на голос и пытаясь сфокусироваться.                                                                          – За передний хвост! Вон он видишь, висит сзади! Сейчас я его отвяжу, а ты его хватай. – С этими словами Вячеслав наступил на волочащийся край сети и как в замедленном кино сложился колобком и покатился к речному краю, окончательно запутавшись в кружевах  китайского производства.- Ой – е – ёй! Какая, сволочь камней наложила! Ой – ё – ёй!                                                            – Славик! Ты где? Ты ещё живой? – Иван на четвереньках пошагал в сторону копошащегося клубка. Земля качалась под четвереньками Петровича, пыталась завалить на бок. Но тот упорно пробирался в сторону укатившегося товарища. – Слава, ку-ку, подай голос, где твой хвост? За что тебя хватать?           Из темноты.- Да тут он, где то  гад, видимо подо мной!                               Славик поднялся на колени, высветился раскинул в стороны руки. Свисавшие, из сжатых кулаков, с плеч и головы, пряди сетки, колыхались в такт колыханиям  Славкиного нетрезвого туловища. В свете костра всё это напоминало сюрреалистическую картину. Змеи душат Лакоона и ползающих его сыновей.                                                – Вот продавец, сволочуга… – продолжал возмущённо Слава – говорил, хорошая сетка… уловистая сетка…. Много рыбы поймаешь. А она не рыбу, она своих ловит! Видишь, как меня поймала! Собака! Петрович, смотри осторожней будь! Если она и тебя поймает, то всё, нам хана. Тогда нам до утра придётся в сетке жить.                                                                             – Спокойно, Славуля. Что мы, не рыбаки что ли? Что мы с какой-то сеткой не справимся? Да ещё и китайской. Сейчас я подползу поближе и мы ей покажем…. Это же надо, вместо рыбы, на людей кидаться. Ползу, ползу Слава. Сейчас помогу…                Совместными усилиями распутали и развязали Славку. Расправили сетку, завязали ей углы. Отползли в сторону. Упали без сил на спину, отдышались.                                                               – Слава! Как мы ей углы завязали!- подал голос Петрович. Теперь не кинется. Слушай, пускай она пока связанная полежит. Я имею в виду  сволочь эта… – Петрович показал рукой на сеть.                                                                                                                            – Ну? – промычал Славик. Сетка полежит, успокоится.- продолжил Иван.                                                                                    – И мы с тобой тоже успокоимся. Поползём к костерочку,  во-о-он видишь  жёлтенький такой, светится…  Хорошенький како-о-ой. Моргает.… Видишь?                                                                                                                               – Ну? – опять  невнятное мычание.                                                                       – Поползём,  водочки выпьем,  отдохнём. Потом со свежими силами набросимся, роги ей обломаем. Она у нас в воду точно попадёт. Не успокоюсь, пока её в воду не затащу. Ну как? Поползём Славуля?                                                                  – Поползём…                                                                                  Доползли до костра. Отдышались ещё раз. Налили водки, выпили. Снова отдышались. Задумчиво посмотрели друг на друга, через пламя мерцающего костерка. Полежали. Петрович произнёс со  вздохом                                                               – Ну что, Слава, пойдем? Надо же эту скотину в речку затащить.        Слава, после долгой паузы молча, кивнул головой. Язык Вячеслава после очередного стакана спиртного отказался, говорить окончательно, даже заикаясь.                                                           – Тока, давай Слава, поступим так! Слышишь?                                                      – Му?                                                                                                                          – Ты с той стороны к сетке заходи, а я с этой стороны зайду. Мы её врасплох застанем. Понял, как я скомандую, ты её с той стороны хватай, а я, наоборот, с этой. Тогда она не успеет нас запутать. Понял? Только резко надо, пока она не опомнилась.                                                                                                                     – Му?                                                                                                                          – Короче ты слева заходи, а я справа зайду. Хватаем её. Ты сразу в воду ползи и вдоль камыша её тащи, вдоль камыша. А я её здесь буду держать. Усёк!? И топи её, сразу топи. Понял!                                                                                                                – Му?                                                                                                                          – Тогда вперёд. Русские не сдаются. Что мы с какой-то китайской сеткой не справимся. До утра времени много!                                       Подползли с двух  сторон, к связанной сетке.                                                         – Славик, приготовились! Хватай, Славик, и в речку её, в речку…. Тащи! А я с этой стороны буду потихоньку попускать. Никуда эта сволочь от нас не денется. Залезет в воду, как миленькая. Слава, к камышу её волоки, к камышу. Растягивай, растягивай! Стой, не растягивай, стой, стой, меня в речку утащил! Попусти сетку, отпусти меня, Славка, отпусти. Теперь снова тащи! Стой, не тащи! Хорош Слава. Бросай на хрен эту скотину. Пускай сволочь до утра стоит.  Вы лазим!  Выползай на голос, на голос ползи, на голос! Вот молодец, на меня ползи, на меня! Из воды на прибрежный пляж всё так же на четвереньках выбрался Слава. Ух!         Вода то какая тяжёлая.- констатировал он отряхиваясь по собачьи.       Вылезли. Мокрые, уставшие, но очень довольные. Иван бормотал.                                       – Как мы её, а Славка? А  ещё выделывалась, на людей бросалась, не хотела в воду лезть. Гадость китайская. Попробуй только рыбу не поймать, совсем утопим.- Петрович перевёл дух, повернулся к Славке. – Что, дружище, поползли на огонёк. Дорога нам уже знакомая. Сейчас доползём и отметим это дело. Сугреимся.                                                                                                                 Доползли. Отметили. Сугрелись. Улеглись по разные стороны догорающего костерка. Подбрасывая мелкие щепочки  и прищурив глаза, смотрели на алые угольки, выстреливающие огоньки пламени, и вновь угасающие, покрываясь пеплом. Разговаривать было лень, лежали молча, наслаждаясь ночной природой. Затем повернувшись пятой точкой к теплу, засопел Петрович. В темноте, в кушерях, открыв рот и глаза, храпел Цукерка. Лишь вокруг костра, какое-то  время, ползал что- то бурча под нос, Славка. Но вскоре и он, уткнувшись на очередном кругу в спину Ивана , покачнувшись, рухнул на бок и засопел. Похоже рыбалка удалась!                                                                                                  Бескрайний, безбрежный купол неба, полыхал миллиардами ярких разноцветных точек. Мелькнул яркой стрелой метеор и погас, чуть чуть не долетев до земли. Но не кому было загадать желание…. Затихли весь вечер оравшие лягушки. Несколько раз звонила в колокольчик клюнувшая рыба, но потом перестала. Толи наевшись, толи, поняв, что бесполезно. Шикарная летняя ночь вступила в полное право…[1]

[1]

+1
0
+1
0

Автор публикации

Понравилась публикация? LooK предлагает похожие материалы:

Путешествия
piknik

Любовь с первого взгляда! Продолжение…

Не удержался и решил написать немного о горах вокруг Судака и нового Света. Все как то ломятся на Ай Петри, Роман Кош или Демерджи. Шикарные виды

Любовь с первого взгляда!Парадиз.

Парадиз г Сокол Зелёная бухта Новый Свет Автобус из Судака в Новый Свет идёт по горному серпантину, минут тридцать. Объезжая гору Сокол со стороны моря. С

Путешествия
piknik

А гадость пью из экономии….Глава вторая.

  ГЛАВА № 2                                                                                                                                                                                                             Над головой Петровича качалась ветка дерева, или куста. Сквозь неё, в просветы, виднелись облака белые,  белые. Такие вкусные на

Путешествия
piknik

Русский Клондайк он повсюду!

У нас в России есть много мест, где можно добыть золото. Есть реки и ручьи где золота много, нужно только поработать, потрудиться, так сказать. Река Балда.

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля